История российской благотворительности

Конец XIX – начало ХХ вв. в России был отмечен рядом общественных бедствий – неурожаями, голодом, эпидемиями и как следствие мощными рабочими, крестьянскими выступлениями, беспорядками в стране, усугубленными военными событиями русско-японской войны. Все это заставило русское общество энергично выдвинуть в качестве вспомогательных средств целый ряд мероприятий, облегчавших трудоспособность, а вместе с ним и относительное благосостояние рабочего и крестьянского населения. К таким мероприятиям общественной самопомощи нужно отнести создание летних приютов-яслей для детей . Организация детских яслей, как форма трудовой помощи, стоит в непосредственной связи с деятельностью Попечительства о домах трудолюбия по оказанию трудовой помощи сельскому населению, пораженных неурожаем местностей. К этим местностям, как известно, относились и губернии Центрального Черноземья. Еще дореволюционные авторы, отмечая многие аспекты значения открытия таких благотворительных заведений в сельской местности, о чем мы подробно будем говорить ниже, вместе с тем подчеркивали, что предоставление возможности крестьянам трудиться в летнюю пору, несомненно, предупреждало "проявление аграрных беспорядков (подчеркнуто нами), нередко имевших место в селениях и деревнях, лишенных этих работ" .

В одних местностях в ясли принимали только детей бедных, в других не дифференцировались дети о материальному достатку семьи. Следует отметить, что в период русско-японской войны отдавалось преимущество при поступлении в ясли детям отцов, взятых на войну. В некоторых крупных городах (Петербурге) можно было встретить и платные ясли, где за ребенка вносили 3-5-10 коп. за дневной приют и пропитание в зависимости от заработка родителей. В одних яслях-приютах дети обеспечивались одеждой, постелью, в других они получали только уход и пищу. В литературе начала ХХ в. по этому вопросу положительно отмечается опыт создания детских приютов-яслей в Суджанском районе Курской губернии. Эти ясли создавались благотворительным обществом и суджанским земством. Ясли, созданные здесь, имели самый упрощенный вид – они располагали только помещением и правильным надзором. Вместе с тем, суджанское земство организовало совершенно исключительный тип яслей-приютов: в двух больших селениях задались целью призреть всех детей: в одном селении по переписи было 304, а в другом 204 ребенка. Каждое селение разбили на участки в среднем по 18 детей на участок, и в каждый участок были назначены надзирательница с помощницей. Дети оставались по домам, имели свою пищу, но в виде прибавки получали от общества (земство и благотворительный кружок) молочную кашу. Каша заготовлялась и отвозилась по участкам. Дети оставались днем под надзором надзирательницы в одном дворе .

Суджанское благотворительное общество вместе с земством открыло 18 приютов-яслей, в которых пользовались присмотром 995 детей. Стоимость призрения в них обошлась в 851 руб. 28 коп. При этом выяснились многие интересные подробности дела. На содержание яслей поступали пожертвования частных лиц. Поддерживали организацию яслей и сами крестьяне, которые охотно помещали детей, даже грудных, в эти учреждения. В 17 яслях были сделаны крестьянами пожертвования: хлеб, воз овсяной соломы, яйца, молоко, сало, картофель, а в с. Гуйвы – 16 руб. 60 коп. (были крестьяне, платившие за ребенка в лето по 20 коп. до 3 детей, свыше не платили ничего). По сути в Суджанском уезде имелось несколько типов приютов-яслей.

Были, например, ясли, которые можно назвать дневными приютами для детей. Содержание в них обходилось по 5 коп. в сутки (иногда 10 коп.). Детей занимали детскими играми, чтением, рукоделием. Присмотр поручался наемной прислуге, но был надзор и интеллигентных лиц. Из отчетов Суджанского земства видно, что некоторые ясли существовали только на время уборки трав и хлебов, а другие – в районе свекловичного производства – действовали в сентябре, даже в октябре, пока продолжалась копка свеклы .

В статье видной общественной деятельницы того времени А.М.Померанцевой "Сельские приюты-ясли" , в частности, так оценивается опыт Суджанского земства: "Опыт Суджанских яслей пролил свет на очень многие стороны этого дела. Тем не менее, и он, как опыт…, не дает достаточно данных для установления одного нормального типа приютов-яслей. Напротив того, он удостоверяет. что приюты-ясли, приспособляясь к местным условиям и нуждам, вырабатываются в несколько типов, которые теперь могут считаться еще только намеченными, но далеко еще не определившимися. Из приведенных сведений относительно типа заведений можно установить еще очень немногое" . А.М.Померанцева предлагала деление приютов-яслей на несколько типов в зависимости от возраста детей или же в зависимости от сроков, на которые они учреждались (в летние или осенние месяцы).

Приюты-ясли распределены были в России крайне неравномерно, что зависело от двух главных причин: экономической бедности населения и силы пропагандирования этих учреждений. Неурожаи на Волге в 1899 г. вызвали появление на средства одного Попечительства о домах трудолюбия до 164 пунктов, в 1901 г. они были устроены в Бессарабии, Сибири. Наибольшее распространение они получили в Казанской, Вятской, Петербургской, Пермской, Симбирской, Тобольской, Вологодской, Новгородской Рязанской, Московской, Костромской губерниях.

К числу этих губерний относились Курская, Воронежская губернии. Как видим, Тамбовская губерния здесь не обозначена. В остальных губерниях (Черниговская, Смоленская, Харьковская) приюты-ясли существовали как единичные.

Большую роль в проведении в жизнь деревни яслей-приютов имели благотворительные учреждения правительственной организации, затем земства во главе с земскими врачами, наконец, частные лица. Правительство всячески поддерживало организацию яслей-приютов, оказание трудовой помощи сельскому населению, руководствуясь как политическими, так и экономическими соображениями. Так, например, в июле 1901 г. Комитет Министров сообщил Главному Управлению Ведомства Учреждений Императрицы Марии, что по Высочайшему повелению в Комитет Министров были внесены "всеподданнейшие отчеты" за 1900 год о состоянии Владимирской и Костромской губерний, и что на этих отчетах имелись отметки, сделанные рукой императора. Так, в отчете Владимирского губернатора отмечалось, что во Владимирской губернии "шло очень успешно дело призрения и воспитания сирот и бесприютных детей". Резолюция императора гласила: "Глубоко сочувствую распространению подобных приютов". Резолюция Николая II "Правильно" была наложена и на отчет Костромского губернатора, в котором указывалось, что "озабочиваясь облегчением участи крестьянских сирот, он настаивал перед земскими начальниками на необходимости устройства сельских приютов на основе положения от 18 июня 1891 г. о приютах Ведомства Учреждений Императрицы Марии" .

В "Правительственном вестнике" 18 октября 1901 г. был напечатан Высочайший приказ от 12 октября 1901 г., которым было объявлено "Высочайшее благоволение” земскому начальнику 1-го участка Духовщинского уезда Смоленской губернии ст. советнику Кусакову "за его постоянную заботливость о призрении крестьянских сирот и бесприютных детей местного населения учреждением для них сиротского приюта со школой для кустарных изделий и ремесленными мастерскими, а также открытием летних приютов-яслей для дневного помещения детей во время производства родителями их полевых работ" . Такое "высочайшее одобрение" мер, принимаемых для призрения крестьянских сирот, бесприютных детей характеризовалось в литературе очень высоко. Отмечалось, что столь одобрительная оценка высшей власти "даст новые силы всем труженикам, посвящающим себя заботам о детях, и устранит те затруднения и препятствия, которые иногда встречались при устройстве детских приютов-яслей" .

Большую роль в создании на местах детских приютов-яслей сыграла публикация брошюры "Ведомство детских приютов и его задачи" (1902 г.), представлявшей собой сборник сведений о сельских приютах-яслях. Эта книга была разослана всем губернаторам, губернским, уездным и сельским попечительствам детских приютов Ведомства Учреждений Императрицы Марии (ВУИМ), а также предводителям дворянства, земским управам, земским начальникам, крестьянским учреждениям, редакциям газет и т.д. Это свидетельствует о той значимости, которая придавалась правительством решению указанного вопроса и о путях его решения через властные и общественные структуры, имевшиеся в обществе.

В брошюре подчеркивалось, что приюты-ясли "дали самые отрадные результаты и встретили всеобщее сочувствие". Вместе с тем отмечалось, что в центральном управлении приютов часто получали заявления с мест, свидетельствующие о том, что "дело распространения сельских яслей повсеместно в России все еще не развивается так скоро и в таких размерах, как это было желательно, и что при новизне этого дела препятствием является, главным образом, недостаточное знакомство общества с порядком устройства и ведения яслей, отсутствие опытных руководителей для этих заведений на местах и неимение необходимых инструкций и руководств для их устройства" .

В брошюре уделялось внимание воспитательному значению яслей. "В воспитательном отношении ясли как для детей, так и для матерей будут иметь громадное значение… Уже одно, что много детей собрано вместе, говорят один с другим, делятся своими маленькими мыслями, вместе работают, это уже их развивает, создает привычку к общественности и товариществу. Товарищество – это такая громадная воспитательная сила, которая выращивает человека, делает его или дурным, или хорошим…" . Организация яслей имела и санитарное ,просветительное значение для матерей в приобретении ими медицинских знаний. Велика в этом была роль земств, которые, признав крайнюю нужду и даже выгоду собирать детей под надежный присмотр в страдную пору, начали уже сами устраивать ясли-приюты. "Опытом и примером, - говорилось в брошюре, - убедились земства и врачи, что даже и больные дети, рахитики, за лето так окрепли в яслях, что прекрасный результат сам за себя говорит, как дорого и практично это новое педагогическое и санитарное дело" . Здесь также прямо говорится о необходимости помочь матери-труженице, матери-работнице "сколько наших сил и умения хватит". "Призреем и прибережем ее детей, пока она трудится в поте лица", - отмечается в книге. Пожалуй, в этих высказываниях звучит не только социальная значимость в оценке трудовой помощи, но и человеческая теплота, бескорыстие, присущие многим лучшим представителям земской, медицинской интеллигенции того времени.

Останавливаясь на причинах организации яслей-приютов, авторы публикаций сборника отмечали беззащитность крестьянских детей в страдную пору, приводили примеры гибели детей, оставленных без присмотра родителей. Причем с сочувствием и состраданием к простому человеку говорится о конкретных жизненных ситуациях. “Все эти примеры – это такая капля в море общего крестьянского горя, происходящего от недосмотра за детьми. Если бы собрать точные статистические сведения, сколько в России умирает в страдную пору детей, то получится цифра, которая заставит ужаснуться" .

Безусловно, властям были хорошо известны эти факты высокой детской смертности, являвшейся, как мы уже отмечали, одной из острейших социальных проблем в обществе. Поэтому ясли, даже устроенные на короткий промежуток времени, рассматривались как средство оздоровления деревни в целом, как средство борьбы с эпидемиями, инфекционными заболеваниями. При организации приютов-яслей три важные цели выступали главными двигателями: 1) борьба с болезненностью и смертностью; 2) педагогически-санитарное и педагогически-духовное значение яслей; 3) экономическое значение яслей в противопожарном отношении. Как известно, дети, остававшиеся в летний период без надзора, зачастую становились виновниками пожаров, приносивших огромный экономический убыток целым деревням.

В брошюре содержались конкретные необходимые указания для устройства сельских приютов-яслей. Правильная организация приютов-яслей в деревне всегда зависела от местных условий. Степные губернии предъявляли известные требования – женщины уходили на работу в дальние поля, значит ясли здесь должны были быть приспособлены на долгосрочное пребывание детей (неделя, две, а иногда и 2 месяца). Например, в Самарской губернии. В Воронежской губернии были совершенно иные требования – там женщины оставляли детей только на день. Вообще этот вопрос всегда зависел от близости или отдаленности полей. Оговаривался вопрос и об организаторах яслей, в качестве которых могли выступать губернские и уездные попечительства ВУИМ, а также сельские церковные попечительства о сиротах. Там же, где эти попечительства отсутствовали, ясли могли возникать самостоятельно или по разрешению Центрального Управления детских приютов ВУИМ. Что же касается заведования яслями, то рекомендовалось поручать это дело фельдшерицам, сестрам милосердия, т.е. лицам с медицинской подготовкой, или же учительницам. К деятельному участию непременно следовало привлекать местного священника и местную сельскую администрацию, земского начальника, волостное сельское начальство и выборных крестьян. Рекомендовалось также размещать ясли-приюты в зданиях школ или же в свободных земских и церковных помещениях.

Особое внимание уделялось организации врачебной помощи. Непременным условием устройства яслей являлось их размещение в местах, где жил врач, т.к. только при этом условии возможно было осуществлять врачебно-санитарный контроль за приютами. Врач обязан был осмотреть каждого вновь принимаемого ребенка.

Обращалось внимание и на питание детей, их одежду. Пища должна быть самая простая, приближающаяся к обыкновенной крестьянской среде. Весь режим должен быть установлен в высшей степени просто и на трудовой почве, т.к. "крестьяне смотрят очень строго и неодобрительно, если детей, по их словам, разбалуют" . Кормить детей рекомендовалось несколько раз в день горячей пищей: 3 раза детей старшего возраста и 4 раза детей младшего возраста с прибавлением молочных продуктов. На продовольствие одного ребенка в день в среднем тратили 5 коп., кроме всех других расходов.

Организация и деятельность яслей должны были находить отражение в документах отчетности специального образца по однообразной для всех яслей программе. Это позволяло сравнивать деятельность яслей-приютов и составлять общий сравнительный отчет, позволявший сделать полезные выводы.

В книге содержались извлечения из некоторых отчетов об устроенных земствами сельских приютах-яслях – Полтавского, Московского, Костромского. Обращает на себя внимание и наличие отчетов Курского, Воронежского земств, являвшихся в этом отношении в числе передовых.

Интересная и объемная информация о создании и деятельности приютов-яслей в Воронежской губернии в конце 90-х годов содержится в "Памятной книжке Воронежской губернии за 1901 г." Воронежское губернское земство в 1898 г. по докладу губернской управы признало "крайне желательным в целях борьбы с детской смертностью в летнее время и опустошительными пожарами от шалости детей, распространение в селениях яслей-приютов, на что и ассигновало от страхового капитала 3 тыс. руб., по 25 руб. на каждый уезд для устройства в виде опыта, по одному приюту-ясли. Была поставлена также задача популяризировать у населения идею яслей, как санитарно-экономическую меру. Дневные ясли-приюты открывались в летнюю рабочую пору в июне-июле, когда необычайно высока смертность детей в результате беспризорности и неправильного питания.

Воронежское земство видело в летних яслях-приютах также пользу не только в борьбе с детской смертностью, но и с летними пожарами. Достаточно сказать, что в течение трех лет (с 1895 по 1898 гг.) в губернии было 4079 пожаров, по которым по обязательной страховке страховых премий уплачено 900 тыс. руб. Население Воронежской губернии понесло убытков от пожаров за 3 года свыше 400 тыс. руб. . Согласно принятому постановлению губернского собрания в 1899 г. во многих местностях Воронежской губернии функционировали ясли-приюты, давшие блестящие результаты. Всего было открыто 24 приюта-яслей, из них 13 на средства страхового капитала. В общем все ясли функционировали 665 дней. За это время в них нашло дневной, а в некоторых и ночной приют 2119 детей, которыми проведено 27.075 дней, в среднем каждым ребенком 12,3 дня .

Продолжительность деятельности яслей-приютов в зависимости от разнообразных местных условий была неодинакова, а именно: 5 яслей функционировали менее 20 дней, 10 – от 20 до 30 дней и 9 – от 30 до 45 дней. Посещаемость яслей детьми также была неодинакова, от 4 детей, как минимум, до 264, как максимум. Особенно многолюдными были ясли-приюты в Муромке (289 детей), в Ломовце (211), Новоживотинном (199), Борисовке (194), Петровском (114), Орловом (105) и др. Из общего числа посещавших ясли детей было: в возрасте до года 2%, от 1 до 2 лет – 6,8%, от 2 до 4 лет – 21,2%, от 4 до 5 лет – 12%. От 5 до 10 лет – 47,7% и свыше 10 лет – 10,3% .

Расходы по оборудованию и содержанию в 1899 г. всех 24 яслей выразились в сумме 3402 руб. 19 коп., в среднем на одни ясли издержано 143 руб.

В 1900 г. губернское собрание ассигновало вновь 3 тыс. руб. из страхового капитала. Помимо ассигнований губернского земства на организацию яслей-приютов летом 1900 г. были ассигнованы средства уездными земствами: Павловским (300 руб.), Землянским (300 руб.), Богучарским (200 руб.) и Воронежским (200 руб.). Последним земством ассигнованные средства были представлены в распоряжение Воронежского отдела общества охранения народного здравия. Отдел, кроме того, получил на устройство яслей еще 200 руб. от общества борьбы с заразными болезнями, состоящего под покровительством принцессы Ольденбургской. Активизировалась также частная инициатива. В 1900 г. уже несколько яслей-приютов были открыты всецело на частные средства. Например, в Репце г-жой Е.И.Кеппен, в Ксизовом – г-ном А.А.Савельевым, в Анне – кн. Н.А.Барятинским. Кроме того, большое материальное содействие яслям-приютам было оказано в Рогачевке – Н.А.Клочковым, Горожанке – Е.Н.Чоколовой и Н.С.Кожиным, Васильевском – П.П.Жихаревым, Казинке – Л.К.Сухановою и в Мелавке – Е.И.Анцыферовой. Ясли-приюты в Сагунах, Ровеньках и Солдатском получили пожертвования продуктами от местных торговцев и крестьян .

Сочувствие к яслям со стороны местной интеллигенции выражалось и в безвозмездном заведовании яслями-приютами. Так, в Богословке заведовала Л.Провнева, Ровеньках – А.Г.Пугачева, А.Т.Иванова, П.Е.Макаров, М.Ф.Мелешко. В Иващенковой руководил организацией яслей гласный губернского земства П.М.Гарденин. Руководителями делом устройства яслей почти всюду являлись участковые земские врачи, которые своим бескорыстным и любовным отношением к новому делу и большим трудом, наравне с другими лицами, содействовали успеху дела.

Благодаря этому летом 1900 г. могло быть открыто 36 яслей-приютов в 34 селениях , причем в Ровеньках Острогожского и Логачевке Валуйского уезда, было по двое яслей. В общем деятельность всех яслей продолжалась 1048 дней, за каковое время в них пользовались дневным, а в некоторых и ночным приютом 3018 детей, проведших более 36.260 дней.

По сравнению с предшествующим годом в 1900 г. число яслей-приютов увеличилось на 12, по числу дней деятельность их удвоилась, а число пользовавшихся в них приютом детей было в 11/2 раза больше .

По уездам распространение яслей было неодинаковым. Первое место в этом отношении занимает Землянский уезд, где в 8 яслях пользовалось приютом 1042 дитя (см. Приложение. Таблица 10).

Помещались ясли-приюты в большинстве случаев в зданиях земских школ, и только немногие в наемных крестьянских дворах. Конечно, ограниченные финансовые возможности не позволяли создавать какие-то особые условия для детей. Они были достаточно скромными. Так, например, для отдыха малолетних детей почти все ясли пользовались бельевыми корзинами, которые набивались сеном и покрывались простынками. Более взрослые дети спали или прямо на мягкой соломе, покрытой простынями, или тюфяках, набитых соломой или сеном.

Как и в 1899 г. в 1900 г. продолжительность деятельности, в связи с местными условиями, главным образом, зависимой от продолжительности уборки хлебов была неодинакова: от 10 дней (минимум) до 53 дней (максимум). Посещаемость детьми отдельных яслей также неодинакова: в среднем от 8 (минимум) до 157 (максимум) детей в день. Особенно многолюдны были ясли-приюты в следующих селениях: Муромке (от 114 до 231), Ломовце (от 60 до 130 детей), Егорьевском (57 и 112), Н.Животинном (112-130), Раевке (37-118), Ровеньках (от 37 до 103) и др. Ровеньковские приюты-ясли при этом носили характер закрытых учреждений, т.к. все дети все время проводили в них, потому что родители уезжали из дому на неделю и более .

Ясли-приюты оправдали свое санитарное значение. Создание их в антипожарных целях также сыграли положительную роль. В селах, где были ясли-приюты, пожаров за время их деятельности не было . Из общего числа детей, бывших в приютах в 1900 г. умерли только двое .

Расходы по оборудованию и содержанию всех 36 яслей-приютов в 1900 г. равнялись 4691 руб. 41 коп., в среднем, следовательно, каждые ясли-приют обошлись около 130 руб. По отдельным яслям расходы неодинаковы. Расходы незначительны по яслям были там, где не приходилось приглашать заведующих за плату. В общем, конечно, размеры расхода находились в прямой зависимости от характера и размера деятельности яслей-приютов, продолжительности их, работы большего или меньшего числа посещающих детей. Продовольствие детей по отдельным яслям обошлось от 2,1 коп. до 6,5 коп. и выше ежедневно. По некоторым яслям расходы на продовольствие были незначительны, т.к. дети приносили хлеб с собой или часть продуктов была пожертвована. В общем расходы по яслям нужно признать крайне незначительными в сравнении с той суммой пользы, которые они приносили. Из общей суммы расходов – 3240 руб. покрыты из земских сумм, 448 руб. из средств Воронежского отдела Общества охранения народного здравия и 1003 руб. 41 коп. из частных средств. Материальное участие со стороны населения в расходах по содержанию яслей являлось "случайным явлением". Так, в Раевке и Мелавке дети приходили со своим хлебом, в Н.Успенском общество давало для яслей отопление, освещение и хлеб, в других яслях были пожертвования продуктами. Автор публикации Н.И.Тезяков сделал такой вывод, положительно оценивая опыт организации и деятельности яслей-приютов: "В общем ясли-приюты находят благоприятную почву для своего развития на общественной ниве. Пройдет еще немного лет и, если ясли-приюты будут такою же постоянною организацией, как народные школы и земские больницы, в союзе с которыми они и явятся серьезной общественной мерой в борьбе с ужасной пока детской смертностью и опустошительными пожарами, причина коих кроется в беспризорности в рабочую пору детского населения деревни" .

На 1901 г. губернское земство вновь ассигновало на ясли-приюты 3 тыс. руб. (по 250 руб. на уезд). Кроме того, уездными земствами ассигновано 2.050 руб., а именно: Задонским – 200 руб., Землянским – 300 руб., Воронежским – 400 руб., Павловским – 400 руб., Богучарским, Острогожским, Коротоякским – по 250 руб. .

Следует отметить, что организация яслей в Воронежской губернии была сопряжена с большой подготовительной работой, которую осуществляли губернская управа, уездные управы, земские врачи. Заблаговременно намечались селения, где размещались ясли, помещения, шел подбор кадров для работы в яслях. Во многих случаях заведовали яслями земские врачи .

Деятельность яслей была приурочена к самой горячей рабочей поре. Поэтому они почти всюду были открыты в начале июля. Некоторые были открыты и ранее, в конце июня. Раннее открытие их позволяло лучше освоиться с новым делом. В некоторых яслях дети проводили и ночи, т.е. ясли носили уже характер закрытых приютов в летнюю рабочую пору. Отчеты позволяют судить и об отношении воронежских крестьян к этой форме трудовой помощи. Первоначально отмечалось недоверчивое отношение населения к организации яслей. "Населению трудно понять, - говорилось в отчете, - что чужие люди бескорыстно, без задних целей берут на себя заботу об уходе за его детьми – обычно капризными, беспокойными… В общем, однако, сначала недоверчивое отношение населения к приютам-яслям обыкновенно очень скоро, когда оно успевало приглядеться к новому, сменялось на дружелюбное. Там же, где ясли просуществовали 1-2 года, население, видимо, начинает понимать их значение" . Здесь приводились конкретные примеры работы приютов-яслей. Так, население в Егорьевском отнеслось к яслям с полным сочувствием, благодаря тем предварительным разъяснениям о смысле и задачах яслей, который дал местный священник. Детей были готовы отдать все крестьяне, но так как организаторы располагали ограниченными средствами, то был сделан отбор детей. Были приняты, прежде всего, дети, за которыми дома некому было присматривать, а также дети, которые не могли удовлетворительно прокормиться до нового урожая. При зкрытии яслей родители, разбирая детей, выражали желание, "чтобы и на следующий год ясли были бы открыты…". Сочувственное отношение к яслям было и в Ровеньках, в Борисовке. Детей охотно приносили, хотя "первые дни крестьяне не совсем правильно понимали их назначение, считая их столовой, "харчевней" для бедных, но затем они, по-видимому, стали более верно смотреть на ясли", - говорилось в отчете . В целом же отзывы заведующих яслями свидетельствовали о большом успехе яслей-приютов у населения, о победе, одержанной над его косностью, над его недоверием к новым общественным мерам.

Следует отметить, что как и все благотворительные общества и учреждения, приюты-ясли также функционировали в соответствие с разработанным Попечительством о домах трудолюбия Уставом. Он был составлен как примерный. По уставу дети, призреваемые во временных летних приютах-яслях, получали надзор, уход, правильное питание на период отсутствия родителей, работающих вне дома. Подобные учреждения должны были также по возможности содействовать нравственному, духовному развитию и воспитанию детей . Что же касается их финансирования, то там, где ясли создавались Попечительством, они им же и финансировались. Тем не менее, по мнению Комитета Попечительства, в деле устройства яслей, несомненно, его р оль должна с каждым годом уменьшаться за счет местных источников. Однако эти местные возможности были также невелики.

Так, в 1902 г. из Воронежского губернского земства в Комитет Попечительства поступило ходатайство о пособии в 3.800 – 5.800 руб. на устройство яслей-приютов летом 1902 г. В представлении губернской земской управы указывалось, что губернским земством на устройство яслей-приютов в 1902 г. уже ассигновано 3.800 руб. и 7 уездными земствами 2.000 руб., всего, следовательно, 5.800 руб. При среднем расходе на ясли, по данным 1901 г., до 140 руб. на имевшиеся средства могло быть открыто 50 яслей-приютов. Это число далеко недостаточно и в обычное время, а при условиях наступившего года, когда население было подорвано неурожаем 1901 г., тем более. Земство Воронежской губернии, как это явствовало из ходатайства, не располагало дополнительными источниками финансирования и в силу тяжелых экономических условий не могло рассчитывать на помощь самого населения, чтобы в будущем ясли-приюты могли быть повсеместными. В виду этого губернская земская управа ходатайствовала перед Попечительством о субсидии в размере той суммы, какая на это дело была ассигнована губернским и уездными земствами, т.е. в пределах 5.800 руб., или хотя бы в размерах ассигнования только губернского земства, т.е. 3.800 руб. . Комитет выражал согласие на открытие и содержание яслей-приютов и счел нужным выработать общие основания для устройства яслей-приютов в данной губернии. Канцелярия комитета совместно с Воронежской губернской земской управой выработали проект оснований как "временные правила" на один год, с тем, чтобы в случае необходимости они могли быть изменены.

Согласно этим "правилам ", учрежденные в Воронежской губернии на совместные средства Попечительства и губернского земства ясли, дневные убежища для детей, если они не входят в число учреждений, открываемых подведомственными Попечительству обществами и кружками, пользуются покровительством Попечительства и находятся в ближайшем заведовании Воронежского губернского земства.

Воронежская губернская управа обязана была информировать канцелярию Комитета Попечительства о тех учреждениях, которые будут задействованы в организации летних яслей, при содействии Попечительства. Лица и учреждения, занимавшиеся открытием яслей, должны были в соответствии с правилами представлять Воронежской губернской земской управе отчеты о деятельности яслей по соответствующей форме. Губернская же управа препровождала общий отчет в Комитет Попечительства. Таким образом, Комитет заключил соглашение с Воронежским земством и установил "временные правила" для летних яслей, учреждаемых частными лицами при пособии Попечительства.

Во многом "временные правила" были составлены с учетом тех рекомендаций Попечительства, о которых мы говорили уже выше. Вместе с тем, в них нашли отражение конкретные местные условия, их специфика. "Правила" предусматривали указать название села или деревни, где учреждались ясли на время рабочей поры. Они были рассчитаны преимущественно на грудных детей, но допускались туда и дети в возрасте от 2 до 10 лет. "Временные правила" четко обозначили цели, назначение яслей, которые прежде всего должны были облегчать положение родителей на время рабочей поры. Вместе с тем 1) ясли обязаны были здоровым, но простым питанием и правильным уходом поддержать силы наиболее слабых детей и предотвратить обычное среди них развитие в летнюю пору эпидемических и других заболеваний и усиленную смертность; 2) неусыпным надзором за детьми ослабить возможность несчастных случаев с ними, пожаров от их шалостей и т.п.; 3) соблюдением опрятности, чистоты и порядка в уходе за детьми, привить матерям и старшим детям склонность к этим непременным условиям здорового воспитания; 4) примером терпеливого обращения с детьми отучить родителей и старших детей от грубого и жестокого обращения с малолетними и 5) обучение детей молитвам, несложным ручным работам, а при возможности и грамоте, нравственно воздействовать на них .

Как видим, "правила" достаточно остро и вполне определенно обозначили значение воспитательных функций яслей, их роль в нравственном воспитании детей.

“Правила” регламентировали условия приема детей в ясли, которые обязаны были пройти медицинское освидетельствование. Дети с заразными болезнями не должны были допускаться в ясли, а заболевшие возвращались родителям. При приеме детей необходимо было отдавать предпочтение детям из наиболее бедных семей, в составе которых не имелось лиц, способных наблюдать за ними во время отсутствия старших членов семьи. Ясли предназначались для дневного призрения, но в исключительных уважительных случаях дети могли оставаться там и на ночь.

“Правила” предусматривали условия устройства яслей и внутренний в них распорядок. Помещение должно выбираться светлое, сухое, можно и небольшое, т.к. дети должны возможно больше времени проводить на воздухе. Желательно, чтобы помещение не соприкасалось с другими постройками, чтобы при нем был двор, сад или какая-нибудь лужайка. Инвентарь и помещение должны подвергаться тщательной дизинфекции. Обстановка яслей должна быть скромной и соответствовать средней в данной местности обстановке крестьянской семьи.

Весьма подробно правилами предусматривалось содержание детей, их питание, которое должно быть питательным, но скромным, обходиться в 4-6 коп. в день. Более дорогое питание допускалось лишь для слабых, больных и истощенных детей.

В особый раздел были выделены правила руководства и надзора за яслями. Учредители яслей избирали попечительницу или попечителя. Предусматривалось также приглашение надзирательниц для постоянного пребывания в яслях. Для ухода за детьми нанимались няни и их помощницы, преимущественно из известных населению своей порядочностью здоровых и трудолюбивых женщин и девушек. Няни и кухарки получали от яслей продовольствие, жалованье по местным условиям и, по возможности, помещение. Как видим, подбор сотрудников для работы с детьми опирался на определенные критерии и не был случайным.

Особое внимание уделялось духовному, нравственному, религиозному воспитанию крестьянских детей, в будущем законопослушных граждан. В обязанности заведующей яслями входило наблюдение за тем, чтобы дети начинали и заканчивали день молитвой и молились перед едой и после еды, чтобы старшие дети были по возможности заняты каким-либо делом и при случае обучались молитвам, грамоте, счету, простейшим рукоделиям и работам, а младшие играли, слушали рассказы или чтение, чтобы помещение и дети содержались чисто, а детей купали возможно чаще, чтобы время от времени со старшими детьми совершались прогулки и объяснялись доступные их пониманию явления природы, чтобы во всем соблюдались благопристойность, порядок и т.п. Во всех этих положениях, на наш взгляд, сосредоточена целая программа, раскрывающая вопросы нравственного, трудового воспитания детей, приобщения их к знаниям, к чтению, к общению с природой. И на первом плане, во главу угла было поставлено религиозно-нравственное формирование ребенка. Таким образом, эти “временные правила” не были формальными, они предусматривали решение конкретных вопросов как экономических, организационных, оздоровительных, медицинских, санитарно-гигиенических, так и педагогических, воспитательных, и в этом нельзя не видеть стремления земских деятелей нести крестьянам культуру, просвещать их и облагораживать, начиная с раннего детского возраста.

Весьма показательным в этом отношении является циркулярное письмо из канцелярии ВУИМ от 17 марта 1898 г. “О необходимости открытия сельских детских и сиротских приютов”, обнаруженное нами в фондах Государственного Архива Курской области . В нем отмечается, что “до сих пор в России, несмотря на крайнюю надобность сельских детских и сиротских приютов, число их весьма незначительно. Поэтому необходимо принять меры к восполнению этого пробела”. Здесь же говорится о назначении этих учреждений, при этом весьма четко изложены те критерии, которым эти заведения должны соответствовать. Цель их заключалась в том, чтобы “сохранить крестьянских детей от случайностей, которых жертвами они часто соделываются и, чтобы не изменяя ни малейшим образом их будущего назначения (подч. нами), поселить в них чувства веры, доброй нравственности, чистоты, трудолюбия, послушания... и приучения их к разным рукоделиям крестьянского быта, приучения к правильному хозяйству, к ремеслам, необходимым для крестьян” .

В этом официальном документе уже просматривается определенная идеологическая заданность, достаточно обратить внимание на фразу о том, что пребывание крестьянских детей в приютах ни малейшим образом не должно изменить “их будущего назначения”, т.е. все воспитание и обучение сельских детей долджно быть нацелено на их будущую трудовую крестьянскую жизнь. Именно в рамках этой позиции крестьянские дети долджны получить тот минимум знаний и навыков, которые помогут им нести свое “бремя”, будучи при этом “послушными”.

В фондах Государственного Архива Курской области удалось обнаружить также циркулярное письмо Председателя Курского Губернского Попечительства детских приютов ВУИМ графа А.Д.Милютина от 2 августа 1900 г., направленное в Курскую Губернскую земскую управу, а также в Уездные земские управы.

В нем особо подчеркивалось, что одной из главных задач Комитета Попечительства детских приютов являлось “изыскание мер и средств как для поддержания развития и улучшения существующих в России приютов и для учреждения новых заведений, так и вообще для организации и обеспечения возможно правильной и плодотворной постановки дела призрения, воспитания школьного и профессионального обучения неимущих детей и сирот в России и приготовления их к труду (согласно Положению от 28 октября 1896 г.). На Комитете лежала обязанность заботиться о призрении бесприютных детей и сирот повсеместно в России, т.е. не только в городах, но и вне их - в селах и деревнях. По этому вопросу было принято специальное решение еще 18 июля 1891 г.

В циркулярном письме А.Д.Милютин отмечал также, что вопрос об устройстве в селах и деревнях приютов-яслей уже возбуждался в Курском Губернском земском собрании по инициативе медицинского персонала. 6 декабря 1899 г. по постановлению Собрания принят и утвержден доклад и протокол заседания земских врачей от 28 мая 1899 г. В нем было указано, что приюты-ясли имеют огромное значение в деле предупреждения пожаров в деревнях в летнюю пору. Их устройство является также могучим средством в борьбе с громадной детской смертностью, в предупреждении разных несчастных случаев с детьми, оставшихся без надзора. В виду этого земские врачи просили Губернское Земское собрание ассигновать из Губернского страхового капитала сумму (4.200 руб.), необходимую на устройство приютов-яслей по одному в каждом уезде и в каждом межуездном врачебном пункте . В письме содержалась просьба к Губернскому и уездным земским собраниям докладывать в Курское Губернское Попечительство детских приютов об ограничении этих приютов-яслей.

В деле хранятся ответы на это письмо А.Д.Милютина от Курского губернского земства (губернской земской управы), от Новооскольской, Обоянской, Белгородской, Старооскольской, Тимской, Дмитриевской, Фатежской, Грайворонской земских управ, Земского начальника 5-го участка Старооскольского уезда Курской губернии . Эти документы дают наглядное представление о положении дел в уездах в создании детских приютов-яслей. В них содержится не только конкретная информация о деятельности этих учреждений, об их пользе и значении, об участии земской интеллигенции в их содании, об имевшихся трудностях и отношении к яслям-приютам местного населения, но и дается оценка этим учреждениям с различных точек зрения, в том числе и с экономической. Все эти ответы как бы взаимно дополняют друг друга, раскрывая различные аспекты деятельности яслей-приютов. Эти документы также характеризуют роль самих земств в оказании трудовой помощи сельскому населению. Так, 26 ноября 1900 г. Курское губернское земское собрание постановило ходатайствовать перед Правительством об ускорении выработки общего положения об общественном призрении. Об этом собрании газета “Курские губернские ведомости” опубликовала статью “Учреждения земства в Курской губернии” . В статье сообщалось, что на губернском земском собрании был прочитан довольно обширный доклад о приютах-яслях. Врачебный Совет просил собрание одобрить и принять следующие положения: 1) в деле устройства приютов-яслей местной инициативе предоставляется полный простор, особенно по части удешевления их, но чтобы не пострадало питание детей и надзор за ними; 2) ассигновать на будущий год из страхового капитала 12.000 руб. на устройство приютов-яслей в уездах и межуездных участках, ограничить выдачу этого пособия на уезд до 1.200 руб., а на отдельные ясли до 200 руб. (В прениях высказывались другие мнения - до 500 руб.). Газета сообщала также, что собрание рассмотрело предложения Курского Губернского Попечительства детских приютов (графа А.Д.Милютина): 1) об открытии во всех городах, где еще их не имелось, сиротских приютов для постоянного призрения и приютов-яслей для дневного призрения; 2) для призрения детей сирот и беспризорных детей в селах учреждать сельские приюты для постоянного призрения и сельских приютов-яслей для дневного призрения .

Земские уездные управы, как правило, отмечали отсутствие финансовых средств для создания постоянных детских приютов и призрения неимущих детей. Так, например, в отчете Новооскольской уездной земской управы сообщалось: “Что же касается утверждения постоянных приютов, то учреждать земские постоянные приюты при современных финансовых обстоятельствах земству было бы не под силу, т.к. в перспективе предстоят другие неотложные дела”. К тому же отмечалось, что в Ново-Оскольском благотворительном обществе уже имелось предложение об устройстве такого приюта .

Курское уездное земское собрание также признало открытие постоянных приютов в селах и деревнях “трудно осуществимым в настоящее время”. Обосновывалась такая позиция рядом обстоятельств. Во-первых, тем, что трудно найти лиц, которым можно было бы вверить заведование этим делом, “требующим для своего успеха и умения, и сознательного сочувствия”, во-вторых, сложно подобрать подходящие помещения для постоянных приютов в селах и деревнях, а постройка же специальных помещений была бы для населения обременительной, т.к. местные средства шли на введение всеобщего обучения и улучшение школьных знаний” .

Что же касается организации летних приютов-яслей, то практически во всех отчетах и письмах земских уездных управ дается их положительная оценка. Так, например, в выписке из журнала ХХХVI Грайворонского уездного земского собрания (от 29 сентября 1900 г.) отмечалось, что гласный Ф.Ф.Малевинский в своем выступлении подчеркнул, что “ясли в селах для детей во время рабочей поры необходимы и полезны не только в гигиеническом, но, главным образом, в экономическом отношении, т.к. они давали возможность заработка бедным матерям, особенно вдовам с малолетними детьми, привязывающими их к дому. Обращалось внимание и на воспитательное значение яслей, “особенно, если к играм добавить чтение” . Грайворонское уездное земское собрание приняло решение ходатайствовать перед губернским земским собранием об ассигновании на открытие в 1901 г. яслей в 11 волостных селениях по 100 руб. на каждые - всего 1100 руб. В докладе “Об устройстве приютов-яслей в деревнях”, заслушанном на уездном земском собрании, были глубоко вскрыты причины, которые побудили власти к решению вопросов об открытии приютов-яслей. “В последнее время, - говорилось в докладе, - в России очень быстро начало распространяться сознание важности устройства яслей в деревнях”.

Многие губернские и уездные земства признали важное значение подобных приютов и стремятся к устройству и распространению их. Основанием к устройству приютов-яслей послужили следующие соображения: путем изучения смертности населения России установлено, что смертность в нашем государстве далеко превосходит смертность населения других культурных государств, и это явление, главным образом, зависит от огромной детской смертности, которая “чрезвычайно” резко повышается в летние месяцы (от инфекционных заболеваний и отсутствия надлежащего надзора за детьми в рабочую пору). Мы видим, что в данном случае вопросы трудовой помощи и ее важности для сельского населения рассматриваются с гражданских, государственных позиций, с чувством глубокой ответственности и озабоченности положением дел, влияющих как на экономическую ситуацию в стране, так и на демографическую. Речь в конечном счете шла о существовании самой русской нации и необходимых мерах для ее сохранения и развития, а это уже проблема не только медицинская, экономическая, но и политическая.

Указывалась и другая причина высокой смертности детей - детский травматизм (падения, увечья, ожоги, порезы, отравления и т.п.). Отмечалось, что дети, предоставленные сами себе, нередко бывают виновниками опустошительных летних пожаров, разорявших население, приносивших ущерб и самому земству, т.к. увеличивались суммы выдаваемых земством страховых премий. Целесообразность создания яслей связывалась и с нравственным аспектом и воспитанием детей.

О необходимости создания приютов-яслей писал и земский начальник 5-го участка Старооскольского уезда Курской губернии. Он отмечал, что находит “устройство для детей на время рабочей поры приютов-яслей “крайне желательным и очень полезным как для одиноких родителей, так и для их детей” . Он высказал также мнение о необходимости открытия яслей в больших селениях - Скородном, Истобном, Толстом, Корочке, Вязовом, Чуеве, Уколовой и Никаноровке. Были определены и кандидатуры на заведование, в основном, это представители сельской учительской интеллигенции, а также священник и сельский староста. В письме содержалась также просьба оказать денежную помощь на содержание приютов-яслей, чтобы “поощрить на будущее время сельские общества относиться сочувственно ко благому делу”.

В деле сохранился черновик ответа земскому начальнику, в котором отмечалось, что губернское попечительство “не имеет в своем распоряжении просимых сумм для оказания пособия крестьянским обществам на содержание и устройство приютов-яслей для призрения детей во время летних полевых работ”, что свидетельствует о трудностях, ограниченности финансовых средств при решении вопросов.

Тимская земская управа созвала экстренное собрание членов общества пособия бедным Тимского уезда, “находя цель устройства приютов-яслей гуманной и вполне своевременной”. Было принято решение открыть приют на 12 человек, выступить с ходатайством перед земским собранием о назначении постоянного пособия обществу на устройство приюта в размере, каком сочтет возможным собрание. (Оно ассигновало на эти цели 500 руб.) .

В ответ на письмо А.Д.Милютина Белгородская земская управа прислала выписку из постановления уездного земского собрания. В ней, в частности, говорилось: “Собрание постановило, относясь сочувственно к учреждению приютов-яслей, возбудить ходатайство перед губернским земством об устройстве в возможно большем числе селений Белгородского уезда приютов-яслей, начиная с тех селений, в которых существуют медицинские участки” .

Новооскольская уездная земская управа отмечала, что учреждение приюта-яслей дало “прекрасные результаты” и что “это в высшей степени симпатичное и полезное учреждение необходимо развить в уезде в целях интереса населения” . Она выступает с предложением ходатайствовать перед губернским земским собранием об ассигновании 1.600 руб. по количеству 9 медицинских участков Новооскольского уезда.

Все приведенные нами выдержки из отчетов уездных земских управ Курской губернии свидетельствуют о том, что вопрос о необходимости оказания трудовой помощи крестьянству в горячую рабочую пору путем создания приютов-яслей вызывал сочувстсвие, поддержку, понимание и готовность решать практически все организационные моменты. В этих отчетах мы находим также оценку местным населением этих начинаний. Так, например, Курская уездная земская управа сообщала, что в Курском уезде уже начали функционировать приюты-ясли, устраиваемые земством (в 2-х пунктах) под наблюдением земских участковых врачей и “функционировали они с желательным успехом, хотя население недостаточно еще освоилось с этим нововведением” (подч. нами).

В отчете Грайворонской земской управы сообщалось, что в яслях приходилось приспосабливаться к обыденным условиям крестьянской жизни. При этом обращалось большое внимание на опрятность и более целесообразное питание детей. По отношению 2/3 посетителей яслей можно с уверенностью сказать, что пребывание в яслях было для них сущим праздником, т.к. дома у них была голодуха” (подч. автором) . В отчете также отмечалось, что крестьяне долго расспрашивали, не взыщут ли с них платы, если не теперь, то впоследствии с их мужиков. Только когда убедились вполне, что на их карман никто не будет посягать, то тогда оставляли детей. Учреждение яслей пришлось очень по сердцу местному населению, однако были и такие крестьяне (много таких), которые в силу ли новизны дела, или просто скептицизма, который не допускает, чтобы интеллигенция могла придумать что-либо путное для мужика, относились к яслям чуть ли не со страхом” . В отчете Курской уездной земской управы сообщалось, что в приеме детей никому отказа не было, но некоторые крестьяне взяли их обратно, когда распространились слухи, что за содержание детей будет взыскиваться плата .

Однако следует отметить, что такое отношение населения к новому делу было лишь поначалу, а затем получило у них поддержку. В отечете Новооскольской земской управы, в частности, говорилось, что население весьма сочувственно встретило открытие яслей и охотно поместили детей туда на время полевых работ .

В большинстве случаев заведование яслями поручалось земским врачам или сельским учителям. Так, в Фатежском уезде в с. Миленицы заведование яслями поручили земскому врачу А.Ф.Гончаровой . В дер. Шагаровой Курского уезда яслями заведовала учительница Ноздрачевской школы А.В.Суханова . В селе Гуторове ясли были открыты в помещении местной церковно-приходской школы (с 10 июля по 12 августа) под руководством врача, а ближайшее заведование приняла на себя Шкорбатова, имевшая среднее образование .

Новооскольская уездная земская управа прислала в Губернское попечительство копию доклада “Об учреждении в Новооскольском уезде приютов-яслей”. В нем сообщалось, что попечительство над приютом-яслями приняла на себя княжна Н.Н.Касаткина-Ростовская. Для заведования была приглашена учительница Н.Н.Сидорова, а медицинский надзор был поручен управой земскому врачу 4-го Чернянского участка В.А.Иваницкому-Василенко. Приют был открыт в помещении училища с 11 июля 1900 г. по 11 августа. В нем находилось 178 детей, которые суммарно провели в нем 1186 дней. В открытии участвовали частные лица, пожертвовавшие вещи, продукты питания . Дмитриевская уездная земская управа выражала благодарность врачу Н.И.Покровскому, М.В.Покровской, священнику О.Стефану (Биценко) “за их труды по яслям”. Было принято решение с целью ознакомления населения отчет врача разослать в школы, волостные правления и частным лицам по усмотрению уездной управы . Так пропагандировался опыт организации яслей среди населения.

В отчетах содержатся конкретные данные о финансировании яслей, о расходах на питание, на обслуживание детей (зарплата надзирательнице, няньке, кухарке и их помощницам). В основном, это были скромные средства, которые поступали из земских сумм. Но были и частные пожертвования. Например, в Курском уезде за все время существования яслей в 1899 г. было израсходовано 115 руб. 89 коп., из них - на питание 42 руб. 99 коп., на кухонные принадлежности - 12 руб. 8 коп., на полотенца - 5 руб. 45 коп., а остальные деньги ушли на жалованье обслуживающего персонала. Частные пожертвования составляли 7 руб. 50 коп. .

В Фатежском уезде приют-ясли действовал месяц - с 25 июня по 25 июля, в нем находилось 69 детей от 1 года до 10 лет. В общей сложности ими было проведено в приюте 671 день, израсходовано 103 руб. 80 коп. Уездное земское собрание рассмотрев отчет о работе приюта, признало этот первый опыт “весьма удачным”, “весьма дешевым и полезным для населения”. Было принято решение ходатайствовать перед губернским земством об отпуске средств на устройство яслей при всех 5 медицинских участках уезда .

В с. Дорогощи Грайворонского уезда в пр июте-яслях содержалось 83 ребенка, которые находились там в общей сложности 592 дня (Это были дети от 2 до 10 лет). Их содержание обошлось в 108 руб. 19 коп., что составило 18 коп. на одного ребенка, считая наем квартиры - 10 руб., отопление ее - 8 руб., зарплату надзирательнице - 25 руб., двух нянек - 10 руб., кухарки - 5 руб., покупку посуды, белья и пр. . Эти сведения были приведены из отчета врача, о котором в докладе “Об устройстве приютов-яслях в деревнях”, заслушанном на уездном земском собрании, отмечалось: “Отчет врача настолько интересен, что Управа просит собрание ознакомиться с ним, тем более, что это первый опыт и результаты его могут послужить основанием к дальнейшему развитию этого дела” . Как видим, расходы на содержание детей, судя по приведенным нами данным, были в среднем одинаковы. Однако трудности с финансированием имели место. Так, земский начальник 5-го участка Старооскольского уезда просил губернское Попечительство оказать материальную денежную помощь на содержание приютов, чтобы “поощрить на будущее время сельские общества относиться сочувственно к благому делу”.

Однако губернское Попечительство в ответном письме отметило, что оно “не имеет в своем распоряжении просимых сумм для оказания пособий крестьянским обществам, на содержание и устройство приютов-яслей для призрения детей во время летних полевых работ” . Так что финансирование осуществлялось, в основном, за счет земств, которые проявляли благотворительность в этом деле. Именно усилиями земств, земской интеллигенции была налажена деятельность приютов-яслей.

В отчете Курской земской управы 36-му Очередному уездному земскому собранию весьма подробно сообщалось о распорядке в работе яслей, питании детей, их медицинском обслуживании, занятиями с ними. “Пищу дети получали в достаточном количестве, - говорится в отчете, - так что приносить свою из дома не было никакой надобности. Завтрак, обед и ужин состояли из щей, супа, каши, молока, хлеба, а также овощей. Грудные дети кормились молоком посредством соски и манной каши. Продовольствие каждого ребенка обошлось в среднем в 41/2 коп. Обильная и здоровая пища, подаваемая детям в яслях, не могла не отразиться на улучшении питания, что заметно было по наружному виду детей” . В деревне Шагарово в здании училища ясли были открыты с 11 июля по 13 августа и функционировали 25 дней (за исключением праздников). В первые два дня посетителей было немного, в последующие - 62 (до 6 августа). Затем число посетителей стало падать и в последние дни в них было всего 14 чел. Всех посетивших ясли было 79 человек, из них 30 посещали ежедневно. Всего проведено в яслях 965 дней и 62 ночи. Ночевкой пользовались те дети, родители которых уезжали на дальние поля и ночевали там. Всех ночевавших там было 12 человек. Ясли посещались врачом обязательно два раза в неделю, обыкновенно в обеденное время по окончании амбулаторного приема. Детей взвешивали, они прибавили в весе. Пребывание детей в яслях заметно отразилось на всех детях. Каждую субботу они пользовались баней, находящейся около училища.

Представляет интерес и характер пищи, которую получали дети. Конечно, с учетом ограниченных средств, выделяемых на эти цели, питание также было весьма скромным. Однако оно было регулярным и это имело значение для поправки здоровья детей. Кормили их 3 раза в день. На завтрак готовили кулеш пшенный или рисовый с салом, а в постные дни - с постным маслом, иногда картофельный суп. Обед состоял из двух блюд - картофельного супа или лапши с салом, изредка дети получали суп с мясом и кашу с молоком. Ужинали оставшимся супом и кашей. Ежедневно получали белый хлеб, который пекли кухарки из пшеничной муки третьего сорта в кухонной печи в квартире учителя. Там же пекли и ржаной хлеб . Эти детали, о которых сообщалось в отчетах, говорят о многом - о бедственном положении крестьянских семей, об их нищете, с одной стороны, а с другой - о попытках земства хотя бы в самых скромных объемах оказать крестьянству поддержку, оказать детям посильную социальную помощь и вместе с тем дать возможность родителям работать на полях в летнее уборочное время. Таким образом, организация детских летних яслей-приютов приобретала общественно-значимый характер. Практическая реализация этого вопроса позволяла в комплексе решить ряд задач по оказанию сельскому населению трудовой, медицинской, санитарно-гигиенической помощи, она способствовала также антипожарным целям, что сохраняло экономические средства земства и позволяло их направить на другие нужды.

Курский губернатор в своем циркулярном письме от 27 марта 1903 г. всем земским начальникам Курской губернии дал высокую оценку этим приютам. “Эти приюты-ясли, - писал он, - дали самые отрадные результаты и встретили всеобщее сочуствие”. Вместе с тем он отметил и имевшиеся недостатки в их организации, сформулировал конкретные организационные меры по развитию этих учреждений. “Тем не менее, - подчеркивал губернатор в своем распоряжении, - из имеющихся у меня сведений дело распространения сельских приютов-яслей в Курской губернии развивается не так скоро и не в таких размерах, как это было бы желательно”.

Губернатор обращался с просьбой к земским начальникам Курской губернии оказывать содействие к распространению среди населения сведений о пользе, приносимой детскими приютами-яслями. Он просил для достижения этой цели принять следующие меры: 1) содействовать устройству публичных чтений о пользе, приносимой приютами-яслями; 2) содействовать подготовлению руководителей и руководительниц для устройства яслей и заведования ими; 3) содействовать изысканию необходимых денежных средств для успешного развития сельских приютов-яслей; 4) собрать все изданные в данной местности и вновь издаваемые отчеты, инструкции, руководства и брошюры о яслях и сообщить такие брошюры и сведения заинтересованным в этом деле местным учреждениям и лицам, как, например, помещикам-землевладельцам, крестьянским учреждениям и т.д.; 5) рекомендовать местным фабрикантам и заводчикам устройство приютов-яслей в районах их учреждений.

Как видим, здесь изложена уже целая программа действий, конкретных мер, направленных на популяризацию среди населения этой идеи, привлечение к организации яслей не только крестьян, но и помещиков, фабрикантов, заводчиков, располагавших финансовыми возможностями. Судя по этому письму, организация приютов-яслей в начале ХХ в. становится не только общественно значимым, но и государственно значимым делом. Для района Центрального Черноземья, являвшегося аграрным, эта проблема была особенно актуальной. Чтобы привлечь к ней внимание властей и общественности, не случайно в циркулярном письме отмечается ведомственная принадлежность приютов-яслей. “Приюты находятся в ведении земских начальников, некоторые - в ведении земских учреждений или особых попечительств и даже частных благотворителей” (подч. нами) .Таким образом, к созданию приютов-яслей правительство предполагало привлечь не только земство, но и частных благотворителей, поскольку главной причиной недостаточно широкого развития этого дела в Курской губернии, по мнению губернатора, является отсутствие средств у крестьянского населения . (Вероятно, была попытка частично расходы на ясли-приюты переложить на крестьянские общества).

Безусловно, причины такой заинтересованности власти лежали в сфере экономической, социальной и политической. Не будем забывать, что Россия переживала нелегкие времена и находилась накануне революционных событий 1905 года.

Эта новая форма детского призрения и в то же время трудовой помощи сельскому населению основывалась на общественной, частной благотворительности лучших представителей российского общества того времени.

В 1904 г. приюты-ясли в Курской губернии были открыты в 7 уездах - Грайворонском, Дмитриевском, Новооскольском, Корочанском, Курском, Суджанском, Путивльском. Всех яслей было 62, т.е. больше, чем в 1903 г. на 6 яслей. Число детей увеличилось до 6.050 против 4.530 в 1903 г. Особенно была развита сеть яслей в Курском уезде (открыто в 1904 г. в 18 селениях). В них пребывало 1742 ребенка, проведших в яслях 13.985 дней. Ясли размещались: 11 - в земских школах, 5 - в крестьянских избах, 2 - в усадьбе дворянства Курского уезда. Руководителями по устройству их были земские врачи, бесплатно заведовали - местные помещицы, а затем платно стали заведовать земские учительницы. Детей кормили 4 раза в день. Следует отметить, что в деревне Карасевке ежегодно приют-ясли получал пожертвования от г-жи Перфильевой - козье молоко.

Помимо личного участия местной интеллигенции в заведовании яслями на помощь яслям приходили и частные пожертвования, как провизией, так и деньгами в общей сумме 92 руб. 86 коп. .

Большое количество яслей имелось и в Суджанском уезде (17). В докладе уездной земской управы отмечалось: “Яслями особенно дорожат в силу того, что в это время у крестьян уже нет своего хлеба, приходится его либо покупать, либо занимать, и дети при этих условиях недоедают” .

В Новооскольском уезде было 3 яслей с 687 посещениями. Заведующими яслями в Новом Осколе была земская учительница, в с. Проточном С.М.Волкова и в Болотове земский начальник П.В.Орлов. З.Ф.Волкова пожертвовала на ясли в Проточном 73 руб. 95 коп. В Путивльском уезде земская управа получила от губернского земства уведомление об ассигновании на ясли 800 руб., обратившись с просьбой принять участие в устройстве яслей-приютов ко всем священникам Путивльского уезда и ко всем земским начальникам как лицам, стоявшим наиболее близко к народу. На это приглашение отозвалось 4 священника, псаломщик и несколько частных лиц - управа поручила им заведование яслями. Священник О. Одинцов получил для заведования 4 села. Для двух яслей заведующий подыскал две крестьянские избы в Лутовке и Поль-Слободе и условился с хозяйками этих изб заниматься присмотром за детьми. Для развлечения детей были устроены качели, гигантские шаги, привезен песок, куплены резиновые мячи. В дальнейшем в деятельности яслей принимали участие местные помещицы Мосалитинова и Политковская - они стали посещать ясли ежедневно и ввели некоторый порядок в игры .

Все уезды, имевшие ясли, просили ходатайствовать перед губернским земским собранием о продолжении субсидий на ясли, а некоторые и об увеличении размера суммы .

В начале ХХ в. продолжает свое развитие еще одна форма трудовой помощи - создание местных трудовых пунктов. Общество помощи ручному труду брало свое начало еще с 1891 г., когда в год неурожая в Петербурге был создан небольшой кружок. В 1901 г. Правление Общества приняло решение командировать зав. делами Общества в Орловскую, Тульскую, Курскую, Вологодскую, Архангельскую и Олонецкую губернии с целью открытия в этих губерниях трудовых пунктов и получения от них кустарных товаров для сбыта. Всего в 1901 г. трудовых пунктов при обществе состояло 13, в 1902 г. их число возросло до 18, а общая сумма поступивших от них товаров составляла 8.070 руб., причем производительность некоторых пунктов достигла 2 тыс. руб., а одного превышала даже 3 тыс. руб. .

Развитию пунктов в значительной мере содействовала вновь оказанная Обществу в 1902 г. помощь Попечительства о домах трудолюбия Комитет Попечительства ассигновал Обществу на развитие деятельности его пунктов и на учреждение новых безвозвратное пособие в размере 5.000 руб. Это позволило обществу значительно усилить деятельность некоторых из прежних трудовых пунктов и открыть ряд новых.

Существовали такие пункты и в Курской, в Воронежской губерниях. В Воронежской губернии он был открыт в с. Никольское и занимался в основном художественной вышивкой. Возникновение этого пункта было вызвано неурожаем в этой местности и здесь пришлось иметь дело с крестьянками, которые никогда ранее не работали на продажу. Их изделия, однако, с самого начала заняли видное место по своей красоте и оригинальности рисунков.

Уже в первый год своего существования этот пункт доставил с 1 декабря по 1 января продукции на 122 руб. Следует заметить, что Воронежский пункт был одним из самых производительных, продуктивных. В 1902 г. этот пункт доставил в магазины Общества товара на 1.746 руб. 97 коп., от продажи которого, правда, в пользу общества было отчислено всего лишь 244 руб. 83 коп. При этом зав. пунктом не получало от Общества за свой труд ни ежемесячного содержания, ни процентного отчисления из стоимости представленных ею вещей на продажу. Такой способ поставки товара, естественно, мало соответствовал первоначальной цели самого общества, лишая его возможности влиять непосредственно на размеры заработков крестьян.

В Курской губернии в 1901 г. был открыт пункт ткачества, в котором изготавливались по заказу Общества шерстяные ткани. В этом пункте вырабатывался новый тип ткани, который еще не вырабатывался нигде в России, а именно: требовалось совместить старинный способ прядения и ткания, а также и окраску растительными ввеществами, практически исчезавших уже в тот период среди крестьянских ткачих, и современные ткани на широких станках для изготовления таких тканей, которые были бы удобны для выделки скатертей, портьер, а также дамских платьев. За первый год деятельности этого пункта было доставлено Обществу тканей на 60 руб. Эту работу современники называли “созидательной, которая не может выразиться в большом количестве изделий”. Так возрождались народные ремесла, которые помогали крестьянству зарабатывать на хлеб насущный. Вместе с тем, создание их способствовало сохранению и развитию народной культуры. Не случайно изделия русских мастериц пользовались спросом за границей. Товар отправляли в Глазго, Нью-Йорк. В 1903 г. Общество принимало участие в двух заграничных выставках - Пильзенской, куда было послано товара на 300 руб., в Стокгольмской, на которую было отправлено товара на сумму 186 руб. Была сделана попытка завязать отношения с Парижем через проживающих там русских. По предложению художницы Давыденко, проживавшей в Париже постоянно, в 1904 г. магазин Общества отправил некоторые крестьянские работы на выставку, устроенную в Париже русским артистическим кружком, состоявшим под председательством русского ученого И.И.Мечникова. Присланные на эту выставку изделия имели большой успех и настолько привлекли внимание публики, что в том же году Правление Общества получило приглашение участвовать на новой выставке, на которую Обществом было отправлено товара на 500 руб. В том же году изделия Общества были выставлены в Русском Отделе на Всемирной выставке в Льеже, на которой Обществу был присужден почетный диплом . Как видим, Общество не только оказывало трудовую помощь крестьянскому населению, но и выполняло ценную, культурную миссию, поднимая в самой массе населения общий уровень культуры, формируя вкус, природное чувство красоты, потребность в ней.

Помимо международных выставок русские мастерицы принимали участие и во Всероссийских промышленных выставках. В частности, было разработано Положение о Всероссийской промышленной и художественной выставке 1896 г. в Нижнем Новгороде .

11-17 мая 1904 г. кустарная выставка была устроена Курским губернским земством. В ней имелись отделы: общий, Курского земства, земский и учебный, художественный, торгово-промышленный . Многие ее участники были награждены медалями, в том числе Косторнянская ковровая мастерская Суджанского земства за представленные ковры очень хорошей работы и разнообразных рисунков , Щигровская школа кружевниц за представленные кружева хорошей работы, Суджанская учебная ткацкая мастерская за представленные разнообразные ткацкие изделия и др.

Таким образом, трудовая помощь сельскому населению в губерниях Центрального Черноземья осуществлялась в разных формах, в том числе в организации детских приютов-яслей, в создании местных трудовых пунктов. В создании их участвовали как губернские власти, земство, так и частные лица, представители разных сословий, немало сделавшие для развития благотворительности в крае.